Самоопределение - право народа, а решает большинство. Значит это воля части, а не народа.
Любое коллективное решение процедурно принимается большинством - это черта всякой народной воли, а не особенность Earthlings. Но у добровольного народа возражение снимается там, где для территориального неустранимо: в обычный народ человек включён по рождению, без согласия, а в Earthlings вступают добровольно и выходят свободно в любой момент. Легитимность здесь держится на двух актах воли самого участника - вступлении и сохраняемом праве выхода.
Самоопределение - право коллектива; индивид не может унести свою долю. Значит опора на индивида несостоятельна.
Earthlings не выводит самоопределение из индивида. Индивид осуществляет иное, личное право - свободу объединения (статья 20 Всеобщей декларации прав человека, статья 22 Международного пакта о гражданских и политических правах, статья 11 Европейской конвенции, пункт 9.3 Копенгагенского документа). Реализуя его, люди образуют устойчивую общность, и право народов на самоопределение прикрепляется к уже сложившейся общности как к народу. Индивид приносит с собой не долю самоопределения, а свободу объединения.
«Народ» - это территория, язык, история. Народ по ценностям без территории народом не является.
Международное право не содержит исчерпывающего определения «народа» и не запрещает новые формы народности. Доктрина считает ядром субъективные признаки - самосознание, коллективную волю, собственные институты, - а объективные (территория, язык, этнос) относит к вторичным индикаторам. У Earthlings субъективные признаки выражены прямо; роль объективных связей выполняют общая планетарная ситуация и общие ценности.
Самоопределение - это изменение политического статуса на территории. Без территории нет предмета права.
Возражение отождествляет самоопределение с одной формой - внешней. Общая статья 1 Пактов 1966 года закрепляет две: народ «устанавливает свой политический статус» (внешнее, территориальное) и «свободно обеспечивает своё развитие» (внутреннее). Внутреннее самоопределение территории не требует; в доктрине оно норма, а внешнее - исключение (Reference re Secession of Quebec, 1998). Earthlings осуществляет только внутреннее - устройство своих институтов, - не затрагивая статус ни одного государства.
Субъект международного права - это государство. Без территории субъектом быть нельзя.
Территория и население - критерии государства (Конвенция Монтевидео, 1933), а не правосубъектности как таковой. Международный Суд ООН (Reparation for Injuries, 1949) установил, что правосубъектность не ограничена государствами. Суверенный Мальтийский орден не имеет территории с 1798 года, признан примерно 112 государствами и является наблюдателем в ООН; Святой Престол сохранял правосубъектность в 1870-1929 годах без всякой территории. Earthlings притязает не на государственность, а на функциональную правосубъектность по этой модели.
Логически возможно, но нет практики и признания. Значит право неприменимо.
«Ещё не признано» - это не «юридически неприменимо». Отсутствие прецедента не равно отсутствию права: иначе первый случай любой правовой формы был бы неправомерен. Господствующая теория признания - декларативная: существование не зависит от признания (Конвенция Монтевидео, статья 3), признание лишь подтверждает наличную реальность. Правосубъектность накапливается практикой; требовать признания прежде практики - значит делать процесс собственной предпосылкой.
Пусть по праву можно - но государства и ООН на это никогда не пойдут. Значит признание недостижимо.
Возражение предполагает, что признание нужно получить сразу и по запросу, - и раз завтра его не дадут, затея безнадёжна. Но признание не испрашивают у инстанции, оно накапливается практикой. Свой статус народ Earthlings фиксирует сразу, учредительным актом, для себя и перед миром: по господствующей декларативной теории существование народа не зависит от признания (Конвенция Монтевидео, статья 3). Правовая различимость приходит по мере того, как народ живёт и растёт - держится своих ценностей, пользуется своими институтами самоуправления, увеличивается в числе, то есть развивает субъективные признаки, которые и образуют ядро народа. Для этого не нужно ни чьего разрешения и никакой регистрации: внутреннее самоопределение осуществляют, а не выпрашивают. А сроки задаёт не чужой график, а мы сами: чем больше численность и выше активность, тем ощутимее реальность, которую международному праву приходится замечать. Никто не гарантирует, что это произойдёт быстро, - но при быстром росте это вполне может произойти быстро.
Это сетевое государство, чартер-сити или замаскированная микронация.
Шесть разграничений: не государство (нет территории и принудительной власти), не сепаратизм (границ не меняет), не отмена гражданства, не параллельная юрисдикция (не судит и не принуждает), не уход от налогов, не цифровой анархизм. Сетевые государства стремятся к территории и государственности; Earthlings сознательно этого не делает - это иная ступень: самоопределение личности и её принадлежности, а не построение государства.
Это скрытый сепаратизм: сегодня «дополнительная идентичность», завтра требование территории.
Конструктивно невозможно. Самоопределение Earthlings по своему устройству не способно посягнуть на территориальную целостность - предмет посягательства (территориальное притязание) отсутствует. Earthling ничего не отнимает у своего государства, а добавляет ещё одну, планетарную принадлежность. Венская декларация 1993 года прямо оговаривает, что самоопределение не санкционирует разрушение территориальной целостности.
Вы подрываете суверенитет: параллельная структура над гражданами государств.
Четыре гарантии совместимости: нет территориальных претензий; нет вооружённых или принудительных структур; дополнительность вместо замены (нет налогообложения, уголовной юрисдикции, регулирования экономики); при коллизии применимого права приоритет за обязательными нормами национальной юрисдикции. Человек сохраняет гражданство, налоги и подсудность - принадлежность к Earthlings лишь добавляется.
Зачем «народ», а не НКО или движение?
НКО и движения ведут тематическую адвокацию по интересам. Earthlings создают не объединение по интересам, а форму принадлежности, которую отличают три вещи в совокупности: верифицированная идентичность, демократическое самоуправление и постоянный реестр. И только за народом - а не за ассоциацией - международное право признаёт самоопределение.