Доктринальный комментарий

Чтобы понять Принципы, надо сперва увидеть, что такое самоопределение по существу, отбросив позднейшую государственную лексику.

Право народов на самоопределение родилось в деколонизации. Народ, который был предметом империи - которого определяли, которым правили, которого формировали извне, - становился субъектом, автором собственного развития. Международные пакты упоминают «политический статус», но вес нормы - в продолжении: народы свободно обеспечивают своё экономическое, социальное и культурное развитие. Политический статус здесь - инструмент. Существо - авторство над собственным бытием. Корень самоопределения не в политике, а в праве быть автором своей жизни, а не предметом чужого определения.

Теперь приложим этот корень к человеку. В чём человек до сих пор остаётся предметом, которого определяют извне?

В самом основном. Свою первичную принадлежность - к какому «мы» он принадлежит, частью какого целого он является - человек получает по рождению, помимо своей воли, от внешней власти. Его не спросили. Его приписали. В этой, глубочайшей точке своего существования человек по-прежнему объект определения, тогда как народ стал субъектом. Народ отвоевал право быть автором своего бытия; у человека этого права нет. Вот пробел, который заполняют Принципы.

Голосование не закрывает этот пробел. Голосование есть выбор внутри приписки, которую человек не выбирал. Бюллетень спрашивает, кто будет править в его государстве, но никогда не спрашивает, согласен ли он принадлежать этому государству вообще и не первичнее ли его принадлежность человечеству. Бюллетень предполагает приписку как данность. Самоопределение личности - это не выбор внутри приписки, а право быть автором самой приписки. Это разные категории: можно всю жизнь голосовать и не быть субъектом ни на миг, потому что выбираешь внутри того, что выбрали за тебя.

Переворот первичности. Отсюда главный сдвиг, который вносят Принципы. Сегодня человек имеет политическое существование потому что государство его даровало: государство первично, человек производен от него. Принципы переворачивают порядок - первичной и самодержимой признаётся принадлежность человека к человечеству и Земле, а принадлежность к государству становится вторичным, в принципе согласуемым слоем. Человек первичен, полития производна. При этом человек становится не единственным источником своей принадлежности - это была бы переоценка, читаемая как анархизм, - а одним из источников, наряду с государством. Кончается монополия государства на политическую принадлежность, а не само государство.

Человек становится источником своей принадлежности, а не конечным источником права. Принципы не вводят третьего суверена над государствами - они признают ещё один источник принадлежности рядом с ними.

Оговоримся сразу: первичная принадлежность к человечеству и Земле здесь - не биологическая и не мистическая категория, а правовое признание общего человеческого положения. Право не выводится из метафизики; оно лишь признаёт положение, общее для всех людей.

Здесь нужна полная честность, потому что именно тут идею легче всего подменить красивой пустотой.

По существу меняется статус человека. Он перестаёт быть тем, кого определяют снаружи в его глубочайшей принадлежности, и становится тем, кто определяет себя сам - автором, а не приписанным. Впервые за отдельным человеком признаётся то достоинство авторства над собственным бытием, которое право пока дало только народам.

В быту, в близкой перспективе, меняется немногое. Человек по-прежнему соблюдает законы своей страны, платит налоги, носит её паспорт. Делать вид, будто завтра изменится механика повседневности, было бы обманом. Меняется не то, что человек делает, а то, чем он является в праве: из приписанного - в автора. Практические плоды этого - дальнего горизонта, и вызревают они через историю и усилие, а не сами собой. Самоопределение народов тоже было принципом за поколения до того, как перекроило карту мира, и даже тогда сработало не потому, что норма что-то «делала», а потому, что люди начали действовать, опираясь на признанное стояние.

Достаточно ли этого? Вопрос законный, и он не сглаживается. Но это ровно то «достаточно», каким было самоопределение народов в момент рождения: основополагающее, медленное и настоящее.

Принципы учреждают статус - стояние человека как носителя первичной (планетарной) и вторичной (самоопределённой) принадлежности. Это статус принадлежности, а не власти (статья 5). Самоопределённая принадлежность не образует публичной власти, не создаёт суверенитета и не наделяет сообщество правом принуждения. Всё прочее в Принципах служит тому, чтобы эту ось нельзя было прочитать как заявку на власть.

Закономерное возражение: «человек самоопределился - и что? какая практическая польза?» Ответ - в различении двух слоёв.

Принципы образуют конституционный слой. Как всякий учредительный акт, они не перечисляют практических применений; они устанавливают статус, на котором инструменты строятся потом. Конституция не объясняет, «зачем нужно» гражданство, - она его учреждает, а функцию из него извлекает уже текущее право.

Практический эффект живёт в операционном слое - и в проекте Землян этот слой уже существует. Паспорт на основе SBT есть проверяемая цифровая идентичность человека. Управление в два контура (DAO) есть механизм участия и самоуправления. Соты есть добровольные трансграничные кооперативные структуры. Функция самоопределения реализуется через эти инструменты, а не через текст Принципов. Загружать практические эффекты в сами Принципы было бы ошибкой: они раздулись бы и стали бы читаться как претензия на параллельный правопорядок. Такие инструменты - дело внутренних документов сообщества, они строятся на согласии между членами и не обращаются ни против государств, ни против тех, кто в сообщество не входит.

Самоопределение исторически спускалось по уровням субъекта.

Первая ступень - государства (ООН): территориальные суверены; самоопределение как политический статус государства.

Вторая ступень - непредставленные народы (организации вроде UNPO): коллективы, которым отказано в месте за столом государственного порядка, но всё ещё определяемые территорией и идентичностью и нередко ищущие признания или автономии внутри системы.

Третья ступень - человек (настоящие Принципы, проект Землян): самоопределение на уровне личности - внетерриториальное, добровольное и сознательно не претендующее на государственность.

Проект не соперничает ни с ООН, ни с организациями непредставленных народов; он занимает следующую ступень. Он не дублирует дело угнетённых народов - у него иной субъект (человек) и иной вид принадлежности (выбранная, не привязанная к земле).

Это не государство. Сообщество не владеет территорией, не обладает принудительной властью, не осуществляет публичных полномочий (статьи 1.5, 5).

Это не сепаратизм. Принципы не изменяют границ, не создают права на отделение, не отторгают территорию (статья 15). Принадлежность добавочна, а не территориальна.

Это не отмена гражданства. Гражданство сохраняется как рабочий статус для юрисдикции, налогообложения, дипломатической защиты и участия в выборах (статья 18). Принципы прекращают его монополию на политическую принадлежность, но не его существование.

Это не параллельная юрисдикция. Человек полностью остаётся под юрисдикцией государства, где он находится (статья 12). Сообщество не судит, не принуждает, не подменяет суды. Любые внутренние добровольные инструменты связывают только согласившихся членов и не перекрывают закон государства.

Это не уход от налогов. Статус ничего не меняет в налоговых обязанностях, которые следуют за гражданством и местом проживания. Оговорка о добросовестности (статья 14) запрещает использовать статус для уклонения от законной ответственности.

Это не цифровой анархизм. Принципы не выводят человека из-под закона; они прибавляют принадлежность, не вычитая подчинения. Они не зовут к неповиновению, не учат уклонению, не строят параллельной власти. В них созидание, а не вычитание.

Принцип неумаления (статьи 19, 16) не декоративен. Территориальное самоопределение угнетённых народов - более тяжёлый по правовому весу класс требований, выстраданный и оплаченный страданием. Настоящие Принципы его не присваивают, не приравнивают к себе и с ним не конкурируют. Они добавляют слой для иного субъекта. Принадлежность к Земле не соперничает с борьбой народа за свою землю - она существует поверх неё и для другого носителя. Эту дистанцию проект держит сознательно.

Точно так же самоопределённая принадлежность ничего не отнимает у культурной, национальной, языковой и религиозной принадлежности человека и не стремится свести их к единообразию. Принадлежность к человечеству не растворяет принадлежности к народу, языку или вере - она прибавляется к ним, как и ко всему остальному.

Принципы не зависят от предварительного признания государствами. Статья 23.2 задаёт реалистичный путь: сообщество принимает норму на себя, практикует её, и со временем - через практику и opinio juris - норма складывается в обычай. Так в действительности сложилась значительная часть международного права. Признание есть пункт назначения, а не входной билет. Задача Принципов сегодня - учредить статус и начать практику, из которой право вырастает потом.